Греко-Римский (древний) период.

Геродот

История. Перевод Ф. Г. МИЩЕНКО


VI.21. По ту сторону Танаида нет более Скифии: первая из тамошних областей принадлежит савроматам, ко­торые занимают пространство в пятнадцать дней пути, начиная от угла Меотийского озера по направлению к се­веру. Вся эта страна лишена диких и садовых деревьев. Над ними живут будины, занимавшие второй участок зем­ли, весь покрытый густым разнородным лесом.
57. Восьмая река Танаида течет сверху, из большого озера и впадает в другое озеро, еще большее, именуемое Меотидою и отделяющее царственных скифов от савроматов. В Танаид изливается река по имени Гиргис.
ПО. О савроматах рассказывают следующее: когда в сражении эллинов с амазонками (амазонки у скифов на­зываются «ойропата», что в переводе на эллинский язык значит «мужеубийцы», именно, «ойро» значит муж, а «па­та»— убивать) на реке Фермодонте эллины одержали верх, они на трех судах отплыли оттуда обратно вместе со всеми захваченными в плен амазонками; однако в от­крытом море амазонки напали на мужчин и перебили их; судов они не знали, не умели обращаться ни с мачтами, ни с парусами, ни с веслами, а потому, перебивши мужчин, понеслись по волнам за ветром и прибыли к Кремнам на Меотийском озере. Крсмны лежат в земле свободных ски­фов. Здесь амазонки сошли с судов и пешком дошли до обитаемой местности; завладели первым попавшимся ста­дом лошадей, сели на них верхом и занялись грабежом скифских владений.
111. Скифы не могли объяснить себе случившегося, так как не знали языка амазонок, ни одежды и народности их, и недоумевали, откуда они; приняли их за мужчин оди­накового возраста и вступили с ними в бой. В сражении скифы овладели трупами амазонок и таким путем узнали, что это женщины. Тогда на совете скифы порешили — ни в коем случае не убивать более амазонок, но отправить к ним самых молодых из их среды, приблизительно в таком числе, сколько было амазонок; юноши должны были расположиться лагерем по соседству с ними и делать все, что ни делали бы воительницы, но если они станут преследо­вать их, не сражаться с ними, а убегать, пока те не оста­вят преследования, тогда вернуться назад и по соседству снова расположиться лагерем. Такое решение приняли скифы из желания иметь от этих женщин детей.
112. Отправленные юноши исполнили приказание, а амазонки, понявши, что те пришли без всякого злого умыс­ла, оставили их в покое; с каждым днем оба лагеря сближались все больше. При этом ни юноши, ни амазонки не имели с собой ничего, кроме вооружения и лошадей, и потому скифы, подобно амазонкам, добывали себе сред­ства к жизни охотой и грабежом.
113. Однажды в полдень амазонки рассыпались по одной, по две и отходили далеко друг от дружки для удовлетворения естественной потребности. Скифы это за­метили и проделывали то же самое; а один из них подо­шел к амазонке, отделившейся от прочих; амазонка не оттолкнула его и допустила иметь с ней сообщение. Бе­седовать с юношей амазонка не могла, потому что они не знали языка друг друга, и она сделала ему знак рукою, чтобы он приходил на то же самое место и завтра и при­водил бы с собой другого, давая понять, что и их будет две, что она приведет с собой еще одну женщину. Юноша пос­ле этого ушел и все рассказал своим товарищам. На дру­гой день явился на условленное место вместе с другим юношей и застал там уже ожидающих их двух амазонок. Когда остальные юноши узнали об этом, они сблизились с прочими амазонками.
114. Таким образом, скифы и амазонки соединили свои лагеря и жили вместе, причем каждый юноша имел своею женою ту амазонку, с которой впервые сообщался. Муж­чины не могли научиться языку женщин, но женщины вы­учились языку мужчин. Когда мужчины и женщины ста­ли понимать друг друга, мужчины предложили амазон­кам следующее: «У нас есть родные, есть состояние; мы не в силах дальше вести такую жизнь, должны вернуться к своим и жить с ними, но женами нашими будете вы, а никакие другие женщины». На это амазонки возразили: «Ужиться вместе с вашими женщинами мы не могли бы; у нас с ними не одинаковые нравы и обычаи: мы стреляем из луков, метаем копья, ездим верхом, а работам женским не учились. Между тем, ваши женщины совсем не делают того, что мы здесь перечислили; напротив, они посто­янно сидят на своих повозках и занимаются женскими работами, не ходят на охоту и вообще никуда не выходят. Следовательно, мы не могли бы ладить с ними. Но если вы хотите иметь нас своими женами и доказать честность, ступайте к родителям, возьмите из их состояния вашу до­лю, возвращайтесь к нам и станем жить сами по себе».
115. Молодые люди последовали их совету и согласно с ним поступили. Получивши свою долю имущества, юно­ши явились обратно к амазонкам, а жены обратились к ним с такою речью; «Страх и ужас овладевает нами при мысли о том, как нам жить в этих местах, где вы ограбили ваших отцов, а мы стране вашей причинили большое ра­зорение, но если вы действительно желаете жить с нами, снимемся отсюда, перейдем на ту сторону реки Танаида и там поселимся».
116. Юноши и на это согласились, перешли Танаид и удалились на три дня пути к востоку от этой реки и на такое же расстояние к северу от озера Меотиды: пришли в ту самую местность, которую занимают и теперь, и там поселились. С того далекого времени женщины савроматов ведут нынешний образ жизни: вместе с мужьями и без них ездят верхом на охоту и на войну и одеваются так же, как и мужья их.
117. Савроматы говорят языком скифским, но с дав­него времени искаженным, так как амазонки недостаточ­но усвоили себе скифский язык. Относительно брака соб­людаются у них следующие правила: ни одна девушка не выходит замуж, прежде чем не убьет врага, некоторые женщины доживают у них до старости и умирают девуш­ками, потому что не в состоянии были выполнить тако­го требования (2).