Греко-Римский (древний) период.

Перевод В. В. ЛАТЫШЕВА

Книга 31, 2, 12.
Этот подвижный и неукротимый народ (гунны), двига­ясь вперед, пылающий неудержимою страстью к похище­нию чужой собственности, среди грабежей и резни соседних народов, дошел до аланов, прежних массагетов. Раз кос­нувшись их, не лишним будет объяснить, откуда они происходят и какие они населяют земли, показав при этом запутанность гоеграфической науки, которая долго мно­гое... и различное, наконец, нашла истину...
13. Истр со множеством притоков течет мимо земли савроматов, простирающейся до реки Танаида, составляющей границу Азии и Европы. За нею тянутся бесконечные сте­пи Скифии, населенные аланами, получившими свое наз­вание от гор, они мало-помалу постоянными победами из­нурили соседние народы и распространили на них назва­ние своей народности, подобно персам.
14. Между этими народами срединное положение зани­мают невры, соседи высоких и обрывистых гор, на которых все коченеет от мороза и порывистых северных ветров. За ними живут видины и чрезвычайно дикие гелоны, которые снимают кожу с убитых врагов и делают из нее одежды себе и боевые попоны для своих коней. С гелонами сопре­дельны агафирсы, раскрашивающие голубой краской свои тела и волосы, — люди низшего сословия мелкими и ред­кими узорами, а благородные — широкими, яркими и бо­лее частыми.
15. За ними, говорят, кочуют по разным местам меланхлены и анфропофаги, питающиеся человеческим мясом. Все соседние народы покинули их вследствие этого бесче­ловечного способа питания и ушли в отдаленные земли, по­этому-то вся страна, обращенная к летнему востоку, оста­ется необитаемой вплоть до серов.
!б. В другой стороне поселения амазонок живут аланы, обращенные к востоку и рассеянные между многолюдными и обширными племенами, их владения приближаются к Азиатским землям и простираются, как я узнал, до самой реки Ганга, пересекающей Индийские земли, и впадающей в Южное море.
17. Разделенные таким образом по обеим частям света, аланы (нет надобности перечислять теперь их разные пле­мена), живя на далеком расстоянии один от других, как номады, перекочевывают на огромные пространства, однако с течением времени они приняли одно имя и теперь все вообще называются аланами за свои обычаи, дикий образ жизни и одинаковое вооружение. У них нет никаких шала­шей, нет заботы о хлебопашестве, питаются они мясом и в изобилии молоком, живут в кибитках с изогнутыми покрыш­ками из древесной коры и перевозят их по беспредельным степям. Придя на изобильное травою место, они распола­гают в виде круга свои кибитки и питаются по-звериному, весь корм для скота, они снова везут, так сказать, свои города, расположенные на повозках. На них мужчины соединяются с женщинами, на них рождаются и воспиты­ваются дети. Это их постоянные жилища и куда бы они ни пришли, то место и считают своим очагом.
19. Гоня перед собой упряжных животных и стада, они пасут их, наибольшую заботу они прилагают к уходу за лошадьми. Там есть вечнозеленые равнины вперемешку с рощами плодовых деревьев; поэтому, куда бы они ни пе­реселились, они не терпят недостатка ни в пище для себя, ни в корме для скота; это производит влажная почва и большое количество протекающих там рек.
20. Все, что по возрасту и полу непригодно для войны, держится около кибиток и занимается мирными делами, а молодежь, с раннего детства сроднившись с верховою ез­дою, считает позорным ходить пешком, все они вследствие разнообразных управлений являются дельными воинами.
21. Почти все аланы высоки ростом и красивы, с уме­ренно-белокурыми волосами; они страшны сдержанно-гроз­ным взглядом своих очей, очень подвижны вследствие лег­кости вооружения и во всем похожи на гуннов, только с более мягким и более культурным образом жизни. С целью грабежа или охоты они доезжают до Меотийского болота и Киммерийского Боспора, даже до Армении и Мидии.
22. Как мирный образ жизни приятен людям спокойным и тихим, так им доставляют удовольствие опасности и вой­ны. У них считается счастливым тот, кто испускает дух в сражении, а стариков или умерших от случайных болезней они преследуют жестокими насмешками, как выродков и трусов; они ничем так не хвастаются, как убиением какого-нибудь человека, и ввиде славных трофеев навешивают вместо украшения на своих боевых коней кожи с отрезан­ных голов убитых.
23. У них не видно ни храмов, ни святилищ, нигде не усмотреть у них даже покрытых соломою хижин; они по варварскому обычаю втыкают в землю обнаженный меч и с благоговением поклоняются ему, как Марсу, покровителю стран, по которым они кочуют.
24. О будущем они гадают странным способом: собира­ют прямые ивовые прутья, в определенное время расклады­вают их и с какими-то тайными наговорами и, таким об­разом, ясно узнают, что им предвещается.
25. Они не имели никакого понятия о работе, будучи все одинаково благородного происхождения; в судьи они до сих пор выбирают лиц, долгое время отличавшихся воен­ными подвигами.
Возвратимся, однако, к изложению остального из нашей задаЧИ.
3,1. Именно гупны, вторгнувшись в землю тех аланов, которые сопредельны с гревтунгами и обыкновенно называются танаитами, многих перебили и ограбили, а остальных присоединили к себе по условиям мирного договора, при их содействии, они с большей уверенностью внезапным натиском ворвались в обширные и плодородные владения Ерменриха, царя весьма воинственного, многочисленными и разнообразными подвигами храбрости наведшего страх на соседние народы.
2. Пораженный силою внезапно надвинувшейся бури, он долго пытался удержаться твердо и прочно, но потом, когда молва преувеличила свирепость нападавших, он добровольно смертью подавил страх больших бедствий.
3. После его смерти новый царь Вифимир несколько времени сопротивлялся аланам, полагаясь на других гуннов, которых он деньгами привлек на свою сторону, но после многих поражений потерял жизнь в битве, подавленный силою оружия (19).