Ориентация на Закавказскую Федерацию, негласно рекомен­дованная Сталиным, была энергично поддержана руководством Северной Осетии. Она нашла также широкий отклик со стороны осетинского народа и вызвала среди патриотически-настроен­ной интеллигенции небывалый до этого подъем общественно-политического движения. Воодушевляли не выход из состава РСФСР и вхождение в Закавказскую Федерацию, а другое - объ­единение Северной и Южной Осетии, возвращение Осетии го­рода Владикавказа как своей столицы, получение вместо обла­стного статуса республиканский уровень государственной влас­ти. Естественно, никто в Осетии не подозревал о коварных за­мыслах Сталина, не расстававшегося с планами присоединения всей Осетии к Грузии. Не знали об этом и высшие органы Совет­ской власти в Москве. Между тем развернувшееся в Северной Осетии общественно-политическое движение, предполагавшее вхождение объединенной Осетии в состав Закавказской Феде­рации, болезненно воспринималось краевыми властями Север­ного Кавказа и в правительстве СССР. Особенно негативно реа­гировало на политические события, происходившие в Северной Осетии, ОГПУ (Объединенное Государственное политическое управление при Совете народных Комиссаров СССР). Одно из главных управлений Советской государственности, ОГПУ готово было обрушиться на осетинскую интеллигенцию и руководство Северной Осетии, которые своим «происхождением» якобы бы­ли связаны с осетинской «национальной буржуазией». Оно с раздражением сообщало в Москву, что в Северной Осетии «ог­ромные» для нее «кадры нацинтеллигенции (до 3000 учителей, профессоров, агрономов, врачей, юристов, инженеров, бывших дворян, бывших офицеров, около 2000 человек молодежи, обу­чающейся в различных вузах, из коих - 60% из чуждых советской власти прослоек, а также около 3000 человек, имеющие среднее образование)». Осетинская интеллигенция, - отмечалось в оче­редной «Записке» ОГПУ, - «проникнув во все области общест­венно-политической и хозяйственной жизни области, оказывает тем самым сильное давление на национальное руководство, в подавляющем большинстве вышедшее из ее среды». Определяя осетинскую интеллигенцию и руководство Северо-Осетинской области как «националистические» и «реакционные», Главное политическое управление СССР основывалось на одном наибо­лее важном для нее факте - на стремлении Северной и Южной Осетии к объединению; в этом политическом процессе оно, прежде всего, было против выхода объединенной Осетии из РСФСР и «вхождения в состав Закавказской Федерации». В ОГ­ПУ осознавали, что включение Северной Осетии с Владикавка­зом и Моздокским районом, - а теперь только так ставило воп­рос осетинское национальное движение, - в состав Закавказс­кой Федерации по существу означал отвод всего Центрального Кавказа с его двумя коммуникациями к Грузии, еще недавно ско­лотившей на своей территории военный блок против России. Чтобы не допустить подобное развитие политических событий, ОГПУ вело «разоблачительную» кампанию против областного руководства Северной Осетии и осетинской интеллигенции.

"Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений" М.М. Блиев.